Семечки № 14 (продолжение)
   В начало      На главную страницу


 

Анатомический стол

Алексей Караваев
 
Новые апокрифы
ПИЧУГИН (грозя в небо кулаком) У-у-у!
ГОСПОДЬ (посылая молнию) Бац!
МОЛНИЯ (попадая в ПИЧУГИНА) Хрясь!
ПИЧУГИН (чернея на глазах) Ну надо же!
В.Шендерович «Смерть Атеиста»
 
 
 
 
 

Я принадлежу к безбожному поколению. В годы моей юности на Пасху вокруг церквей вставали дружными рядами комсомольцы, вычесывая из потока старушек молодежь. По школам необычайной популярностью пользовались тематические вечера «Религия — опиум для народа», оканчивающиеся непременной дискотекой в спортзале.
«Бога нет!»

Впрочем, мало что изменило и внезапное разрешение Верить. Просто бывшие атеисты как-то безболезненно переквалифицировались в православных, начали носить разной степени изящности и величины крестики, всяким образом креститься и осторожно выражать удивление «А чего это каждый раз Пасха случается в разные дни?».
Религия занимала весьма скромное место в жизни моего поколения. Она кое-как конкурировала с бодибилдингом, шейпингом и карате, безнадежно проигрывала Карлосу Кастанеде и никак не влияла на жизненный уклад.

Неудивительно, что произведения на религиозные темы были чрезвычайно редки в российской фантастике, тем паче тема была скользкой, да и непонятно было какому читателю все это адресовывать.
Каково же было мое удивление, когда практически одновременно появилось сразу два подобных романа! Сергей Лукьяненко закончил свою дилогию «Искатели Неба», а Сергей и Артем Абрамовы дебютировали любопытнейшим «Место покоя Моего».
«Бог есть? Вы гарантируете?»
 

Как это было.

А. и С. Абрамовы
«Место покоя Моего»
М. АСТ. 2000. 544 с. (Иная фантастика)
Итак, Галилея, Назарет, 33 год от Рождества Христова.
Шестой, один из функционеров Службы Времени, выполняет некую миссию в Назарете. Найдя дом Иосифа Древодела, он с ужасом смотрит на его старшего сына — Иешуа. А тот вполне доволен своей жизнью: он отличный плотник, да и дети у него — все трое — греют его душу…
СЛОМ.
На самой первой странице авторы "настоятельно" просят отнестись к своему роману как к фантастическому. «И не более того!». Ну что ж, давайте поговорим о фантастической составляющей.
Секретная Служба Времени из XXII века проводит экспериментальный бросок тайм капсулы третьего поколения в 33 год. Основная задача — выяснить: существовал ли Христос на самом деле. Как вы уже знаете, существовать-то он существовал, но ничего божественного в нем не было. В терминологии службы это называется Слом, когда что-то в истории вдруг идет наперекосяк. Как становится ясно из текста, основная задача Службы — оных сломов устранение.
И Служба берется за дело.
В 6 год отправляется Мастер Петр. Его задача — найти Иешуа и провести его инициацию: посадить ему в мозги некую Матрицу.
Матрица должна сделать из сына плотника — Сына Божьего. Петр же, вплоть до завершения операции «Мессия», обязан этот процесс контролировать и корректировать, а также оказывать техническую поддержку чудесами, в строгом соответствии со Священным Писанием. И, в общем все идет неплохо…
Это так сказать костяк идеи. Давайте же обрастим его мясом, а кое-где поработаем и пилой.
Начнем с того, что сам базовый посыл романа представляется мне ущербным. Ликвидация сломов — вещь, конечно, ужасно благородная, но как вы себе представляете этот процесс?
Во-первых, аутентичность истории можно проверить только на основе известной, то есть зафиксированной реальности. КАК эта история фиксировалась очевидцами, вы, думаю, сможете себе представить весьма живо. Вспомним, хотя бы, 70 лет непредсказуемой советской истории. На основании каких объективных признаков данный слом фиксировать?
Отсутствие Христа: слом или реальность? В данном контексте ответить на этот вопрос невозможно. Мало ли что Евангелия — они все написаны гораздо позднее описываемых в них событий.
Между прочим упоминаются такие успехи службы как: внушение известной таблицы Менделеева Менделееву же во сне, организация побега Наполеона с Эльбы, спасение руки Паганини. Впечатляет, правда? Дети играют в песочек.
Вторая проблема: как эти сломы искать?
Берем по минимуму. Две тысячи лет истории, миллионы значимых персонажей, тысячи событий. Например, капсула послана в 33 год, чтобы проверить, а нет ли слома? А он, как говориться, вот он! А если взять и приблизительно хотя бы посчитать сколько нужно таких бросков, чтобы проверить все мало-мальски важные события. Я уж не говорю о контрольных бросках в последующие времена для проверки результатов устранения сломов. Сколько нужно людей, сколько энергии, сколько мер противодействия.
История просто обязана случиться по-другому!
Но отчего-то не случается.
Заметим, что Служба составляет свои планы в 2157 году. А тут такой слом! И ничего, кстати. Люди на головах не ходят. Думать же о том, что последствия слома в 33 году еще не успели сказаться в 2157 просто наивно. Еще более наивно выглядит поспешность Службы, в результате которой объекту устанавливают Матрицу с непроверенными параметрами. Если слом можно ликвидировать один раз, то в распоряжении Службы неограниченное число попыток.
Вообще линия Службы и продумана, и выписана плохо. Особенно на фоне сочных реалий древней Иудеи, которая описана просто классно. Служба же… Замечу лишь, что я бы выгнал с работы референта, который так составляет отчеты и секретные приказы — из одних общих фраз.
И в третьих. Что происходит с вычеркнутой реальностью? Ну ладно, Иосиф переквалифицировался в Сыны Божьи. Но в 33 году у него зафиксировано трое детей. Какова их судьба? Это не просто попахивает просвещенным фашизмом, это еще и страшнейший причинно-следственный коллапс.
В остальном же повествование «как фантастический роман» особыми изысками не балует. Расширенное изложение Нового Завета с отдельными вариациями. Предопределенность эта ужасно "ускучняет" чтение. Интрига появляется лишь в самом конце, да и то ненадолго. Кроме того, нехорошее впечатление производит Иешуа, использующий термины типа «Крыша поехала», почерпнутые из лексикона Петра. Я понимаю, что это сделано для придания его образу человечности, но это производит скорее обратно впечатление. Еще не хватало, чтоб для живости Иисус ругался матом, таща крест на Голгофу.
А теперь все же вспомним о Боге.
Нет его в романе. Совсем нет. Восшествие на Крест представлено только и исключительно как приведение истории в соответствие с каноном. Из книги исчезла боль Благой Вести, исчезла жертва Иисуса во имя всего человечества. Вы только представьте себе, как больно было Ему, кричащему в минуту отступления боли «Эли, Эли, лама шевантани?» Представьте муку его, душевную неустроенность, когда, зная свой путь, он молил «Да минует меня чаша сия»… Не миновала…
Иешуа же вполне комфортно переносит распятие. Подумаешь, с его-то подготовкой да Матрицей в голове! Чисто техническая проблема. Иешуа действительно подобен Богу, но верит ли он?
Мне показалось  — нет!
Сразу же оговорюсь. Предыдущие несколько абзацев я ни в коей мере не адресую в качестве претензии авторам. Напротив, подобное построение целиком и полностью соответствует логике романа. Проект «Мессия» реализуют люди, напрочь лишенные веры. Иисус для них, по большому счету, всего лишь "объект", отбившийся от рук. Недаром глава проекта требует немедленно устранить Иешуа после завершения проекта, устранить физически. Мавр сделал свое дело.
Что может быть циничнее подобной позиции?
Роман «Место покоя Моего», на мой взгляд, совершенно несостоятелен как фантастическое произведение. Не получилось, что поделаешь…
С другой же стороны, что-то в романе, весьма неуловимое, цепляет мою душу. В сотрудниках Службы Времени я узнаю свое поколение. И мне печально.
А Иешуа…
С ним мы еще встретимся.
 
 

Не так это было.

С.Лукьяненко
«Холодные берега». М. АСТ. 1998. 496 с.
«Близиться утро». М. АСТ. 2000. 384 с.
Торговая марка «Сергей Лукьяненко» вызывает в умах самые разные чувства. С одной стороны, имеет место совершенно определенный успех у читателя, с другой стороны редко кого так единодушно лупят со всех сторон и по самым разным поводам критики. Я думаю время расставит все по местам.
И вот — новая работа.
Мир «Искателей Неба» — мир альтернативный нашему. Большей частью Европы правит Дом, вместо России — руссийское ханство. В качестве прочей экзотики упоминается Империя Ацтеков.
Другим значимым отличием является «железный стандарт». Вместо золота повсеместно используют в качестве валюты железо. Так случилось, что был утрачен секрет извлечения железа из породы, секрет обогащения железной руды. Это привело к определенному «гомеостазу» системы, когда достигнутый уровень развития вроде бы удовлетворяет всех.
Лично мне подобное допущение кажется сильной натяжкой. При «железном стандарте» вне всякого сомнения должны действовать механизмы регулирования рынка. Это само собой разумеется. Но если золото лучше всего подходит, слегка утрируя, для ювелирных изделий, то железо — это промышленность, оружие, сельское хозяйство — прогресс, в конце концов. При наличии по меньшей мере трех конкурирующих сторон: Дома, Ханства и Османской Империи — подобное равновесие вряд ли достижимо.
В качестве компромисса допустим, что Мир выписан в момент определенного затишья.
Тем более, что это на мой взгляд не самое интересно в дилогии.
В мире «Искателей неба» описана очень любопытная модификация христианской религии. При «избиении младенцев» Иосиф промедлил и не успел укрыть маленького Иисуса от гнева Ирода… Спаситель не пришел. Однако, чтобы смягчит гнев Божий, явился Искупитель, попытавшийся взять на себя грехи человеческие и вину за смерть сына Его. И в качестве дара мир получил Слово.
«Слово» — очень интересный феномен. Каждый посвященный, воспользовавшийся определенной словесной формулой, может «положить на Холод» практически любой неживой предмет: меч, книгу, скульптуру, да хоть дом. Единственное ограничение — сила самого Слова, ну и в какой-то степени мощь того, кто его произносит. Причем вещь «на Слове» для любых посягательств практически недоступна, более того — это идеальное хранилище: владельцу на плечи не давит, не портится, чужому глазу не покажется, а достать можно в один миг.
Основная интрига повествования заключается в том, что Маркус, или попросту Марк — один из незначительных представителей правящего Дома, роясь в библиотеке обнаружил рукопись с записанным Изначальным Словом. Владеющий им получает не только инструмент страшной силы, но и власть над всеми остальными Словами.
А это уже — Власть над Миром.
Естественно, когда об этом узнают «заинтересованные лица», за Марком начинается вселенская охота.
Описывать все перипетии сюжета нет нужды. Действие выписано в традиционном лукьяненковском стиле, с присущим его творчеству авантюризмом. Чего стоит описание бомбежки державного линкора куском стены!
Рассмотрим другое.
Слово — интереснейшая находка автора. Помню, как при прочтении первой книги меня глубоко возмутило, что подобный дар используется как кладовка. Однако, чему удивляться? Вокруг нас «служители  возрожденной церкви» направо и налево окропляют святой водой машины и офисы по утвержденный тарифам. Путь к Вере очень часто на полпути становится фабрикой денег.
Вера — давно уже грандиозный бизнес в нашем мире.
В свое время введение индульгенций послужило одним из толчков для возникновения протестантства и реформации.
В «Близится утро» описан схожий момент кризиса идеологии, когда герои начинают сомневаться: а таков ли был первоначальный замысел Искупителя, этого ли он хотел, даруя людям Слово?
С другой же стороны, если проанализировать значение Слова для человека, то все едино иного применения, кроме "чемоданного", выявить не удается. Правда один из героев — Жерар — с помощью Слова лечит неизлечимые болезни, что, возможно может открыть определенные перспективы. Но даже с учетом этого, Слово имеет прежде всего прикладное значение. С этих позиций оно значительно уступает, например известным Заповедям, как бы мы не смеялись над призывом чтить день субботний. Ибо Заповеди так или иначе призывают к совершенствованию духовному, а Слово просто облегчает жизнь.
То, что Марк вроде бы собирается сделать Слово всеобщим достоянием, человека улучшит мало, я уж не говорю о том, что это наивно. Опять же мы попадаем в неизбежную логическую ловушку. Если всем дать Изначальное Слово, то оно теряет цену, так как каждый будет иметь доступ в хранилище другого. Если же выдавать упрощенное Слово — то такой вариант невероятно труден чисто технически. Попробуйте шепнуть на ухо миллиону человек разные слова.
На этот счет, кстати, в дилогии имеется интересный нюанс. По ряду источников Марк может оказаться как Искупителем, так и Искусителем. И получить однозначный ответ не так просто.
Марк — не богоизбранный Мессия. Все его чудеса — это результат владения мощным Словом, это не оживление мертвых, не воскрешение. Это человек, которому просто повезло (или не повезло). Понемногу осваивая слово, он обретает все большую и большую силу, но как он ею воспользуется? Да, он начитанный, умный и добрый даже мальчик, но сможет ли он дать миру Новый Завет?
К сожалению не получилась у Лукьяненко "апостольская" линия. Если в «Холодных берегах» соратники у Марка подбираются один к одному — любо-дорого посмотреть, то во втором романе апостолы просто суетливо добираются до искомого числа. Некоторых вообще приводят другие. На последнего же краски и вовсе не хватило — так, пара строк.
Я уже говорил, что дилогия решена в фирменном лукьяненковском ключе. Облегченность повествования, единомоментная внезапная развязка, наличие легко читаемых аллюзий, вроде «сядем все», гигантских скульптур некоего московского скульптора, несостоявшегося писателя летчика Антуана, а также множественные приключения тела, в контексте рассматриваемой темы скорее снижают впечатление от текста. Дилогия порой воспринимается как модифицированный пересказ Евангелия для подростков. Кроме того, к концу второго романа в тексте появляется много шероховатостей в тексте. В одной части текста говорится, что «живое и жившее на слово не взять», в другой указывается, что на слове хранят зерно. В пограничных вышках для крепления используются железные гвозди. Это между прочим, все равно, что, пуговицы из чистого золота на форме пограничников на таджикской границе. Все кители будут на веревочках. В «Холодных берегах» с деталями было построже.
Ну что ж.
На этот раз до распятия и даже до искупления дело не дошло. В заданной системе реалий, развязка дает возможность самых разных толкований.
Так близиться ли утро?
 

Мораль, ни капли не оригинальная.

Мне очень бы хотелось смотреть в будущее с оптимизмом. Хотелось бы верить в то, что российская фантастика перестанет крушить черепа и вернется к вечным проблемам.
Как вы считаете, предпосылки есть?
Между прочим, АСТ уже объявило о скором выходе продолжения книги Абрамовых под названием «Мой престол — Небо». Исходя из окончания первого романа, Иешуа является в XXII век и устраивает там второе пришествие.

труби Гавриил труби
хуже уже не будет
город так крепко спит
что небо его не разбудит
труби Гавриил глухим
на радость твоим небесам
труби Гавриил глухим
пока не оглохнешь сам
Или услышим?


 

Письма

Dima Dvorcovoy
(К заметке С.Соболева «Оракул чужих не любит» Семечки № 9)

Не удержусь, процитирую один интересный отрывок: «Дгьюнгели, почтенный старец, это... дгьфю, только похожая на тыкву, ... и кихьюни сбоку».
Короче, загадочной вещью оказалась обычная казнащо (с. 415 - 416). Словесная эквилибристика под стать выкрутасам Лема и Шекли!)

На самом деле — почти дословная цитата из рассказ Пу Сунь Линя «Лиса острит» (имхо).
В предисловии Александрова к сборнику Пу Сунь Линя сказано, что он написан таким диким бармаглотским языком, что адекватно перевести его невозможно. Тем не менее, сюжеты - великолепны, и часто используются без ссылки на автора (так сказать, народное творчество). Советую. Многие темы были подняты задолго до Эдгара По и Толкиена.
Второй знаменитый фантаст древнего(!) Китая — Чэнь У. Его "Путешествие на запад" побогаче фантазией чем большинство фантастических боевиков. Как-то раз по ТВ показывали мультфильм по одному из его фрагментов. Редкость, однако. А в сборнике восточной литературы я натолкнулся на «новые приключения Царя Обезьян» — типичный киберпанк (виртуальная реальность и т.п.), только 18-го века.



Алексей Попов (Краснодар)

Дочитал «Собиратели осколков» Н.Большакова и А.Первушина. приятный проходняк, читается легко, форма подачи второй части ничего себе. Удивляет разве что такой эвфемистический прикол: вместо слова «хуй» авторы пишут (стыдливо!) три точки (...), а такие слова, как «манда», «мандавошки», «сраный» и др. уоптребляются повсеместно. Половой дискриминал мата, одним словом!



 

Алексей Шведов (Татарск Новосибирской обл.) К № 12, лето 2000

«Отягощённые сексом» Марышева требуют некоторого постскриптума.
«Кажется, издатели сейчас отнюдь не против эротических сцен». Вот здесь-то и зреет парадокс! Издатели вовсю пропагандируют чисто гедонистический тип половых отношений, потому что это нравится читателю, но когда автор пытается как бы немного высмеять всю эту гедонистическую цепь удовольствий, тогда они чувствуют угрозу их образу жизни и мышления, вследствие чего на провинившегося автора всячески нападают. Раньше меня это веселило, потом (на момент написания той статьи) начало немного раздражать. Сейчас же мне это до лампочки, но вообще я люблю, когда на меня наезжают подобным образом, от этого весело так становится и хочется ещё что-нибудь провокационное написать, ибо я вроде как люблю издеваться над всякими литературными клише и табу. Так что единственное, чем я сейчас обеспокоен на эту тему, это плачевное состояние сознания многих читателей, критиков и издателей, которые в силу своей усреднённой стереотипности не понимают, что критикуя некоторые вещи, они тем самым выставляют на посмешище вовсе не автора непонравившегося им произведения, а самих себя. Я люблю людей, и мне очень грустно, когда некоторые амбициозные личности говорят объективные глупости.



 

Юрий Ковалев (Санкт-Петербург)

Номер 13-й интересный, и начинается с интервью с Науменко, который своими оптимистическими планами как бы задает тон всему выпуску. Из интервью для меня особенно ценным явилось сообщение о том, что планируют выпустить философские работы Лема. Наконец-то!
Прочитал недавно Синякина «Монах на краю Земли», уже после того, как ему были присуждены все (почти) премии. Вещь действительно неплохая, можно читать, напоминает прозу Щепетнева. Хороший язык. Остальные вещи сборника пытался читать, но не пошло. И написано легко, читать-то можно, а вот не интересно. Бросил Синякина, а начал читать Рыбакова «На чужом пиру». Пишет об идеологии России, а о чувствах как-то урывками, чуть ли не по необходимости, что ли. Уж лучше написал бы эссе, что ли, было бы честнее. Идеи о противоборстве спецслужб (уничтожение мозгов, утекающих или не утекающих за границу) мне не по душе как-то, мелковато это для Рыбакова.
Хорошо, что поместили статью о действительно странном романе «Осколки неба, или Подлинная история "Битлз"». Мы эту книгу откровенно прохлопали, а когда спохватились, то было уже ни достать, и даже не почитать.
Чрезвычайно интересная статья Еськова о том, как и зачем он писал апокриф к «Властелину Колец». Очень толково составлены вопросы; наверное, это одна из причин того, что статья получилась.



Георгий Петров (Москва)

Я прочел все рецензии в 9-ом номере.
Написано на уровне. И качество печати радует.
А вот пустые листы - это видно ксерокс  спешил! :)
С содержанием в принципе согласен (я некоторые эти вещи уже читал). Правда Колумб Карда вроде как-то больно смутно отрецензирован. И позиция рецензента смутная. А роман на мой взгляд — почти шедевр.
Хотя и не прочел всех Семечек, хотелось бы еще. С семечками всегда так — грызешь, и еще хочется и даже не замечаешь, что пол под ногами уже весь запачкан.



 

Резонанс

Валентин Субботин (г.Бобров Воронежкой обл.)
Что на чем растет …
 
 
«Почвой называют поверхностный слой земли, обладающий плодородием, то есть способностью удовлетворять потребность растений в питательных элементах, воде, обеспечивать корневую систему воздухом и теплом для нормальной жизнедеятельности».
Таранов В.В., Таранова Е.А.
Садово-огородный участок. — М. Колос, 1993.

«В глаза бросилось крупно набранное слово "ДУШИ", — и тут же забылось».
Святослав Логинов «Живые души» в сб. «Фантастика 2000». М. АСТ. 2000.

Повезло тем мальчишкам и девчонкам из д.Грушкино («Семечки» № 11, 2000, статья «Сельская библиотека сегодня»). Действительно, где вы сейчас найдете человека, который «не в дом, а из дома», не говоря о том, чтобы он ориентировался в фантастике.
Прочитав вышеуказанную статью, вспомнил свои «библиотечные» злоключения (именно в детской библиотеке). О взрослой не говорю — там давно балом правит «рупь» — лишь явную макулатуру можно взять, не заплатив ни копейки, остальное кусается довольно больно.
Провалившись в ЦРБ с идеей создания КЛФ на их базе — раскатал губу на ксерокс, пришлось закатать обратно — направил свои стопы в детскую библиотеку. Там приняли более благосклонно, и то по причине «военных действий» со взрослой — дабы насолить (военные действия из-за того, что не могут установить одинаковые тарифы на свои услуги — ЦРБ жаднее, из-за чего читатели недовольны и бегают из одной в другую). Для нас же посолено было «нормально», плюс-минус по полведра в обе стороны. Ну да речь не об этом.
Меня, естественно, заинтересовало следующее — как в таких (вообще-то это норма по сегодняшним временам) условиях ребята приходят в фантастику, к чему и отчего и куда идут дальше?
Что же выяснилось в процессе этого, своеобразного, собирания фактов?

1. По причине профессиональной безграмотности отдельных библиотечных работников фантастику в библиотеке можно найти и в разделе «Природа» («Обсидиановый нож» А.Мирера), и в разделе «Популярная астрономия» (Сборник «Звездный путь» СПб. МСТ. 1993), и в разделе «Детские сказки» («Ведьмак» Сапковского).
Бедные малыши, какие сны им снятся после Сапковского. Это все ягодки, самые спелые и красные, цветочков же целая поляна — только успевай собирать.
Вывод: Чтобы найти фантастику надо копать везде, а не только «от забора и до обеда», авось что-нибудь нароешь.
Ладно, считаем это частным случаем в отдельно взятом городе N-ск.
2. Допущенный к фондам, перекопал всю библиотеку, фантастики собралось воз и маленькая тележечка. Воз всякой мути, типа «Боевых роботов» и петуховских монстров, маленькая тележечка нормальной фантастики — С.Лем, Стругацкие, Шекли, Ютанов, Успенский, Трускиновская. Это почти весь список, не считая фэнтези — отечественной и забугорной — она расположилась на возу.
Вывод: Молодая поросль всходит на бетоне, который местами или забыли положить, или он рассыпался под действием времени. А то что всходит… Ну об этом отдельный разговор.

3. Закон подлости что ли работает или это все козни «дяди Сэма», но вся более или менее нормальная фантастика почти незаметна на фоне «потока» из воза. А может быть… А не может быть, объяснение простое: фонд для закупки книг маленький, вот и берут что подешевле и, естественно, похуже качеством (литературным) — ничего же хорошего за низкую цену в библиотеке не появлялось аж со времен царя Гороха. (Низкая цена — это примерно 20 рубликов, пишется на внутренней стороне обложки вместе с номером накладной по которой поступило в книготорговую сеть, и не всегда карандашом).
Вывод: Библиотечным "агрономам" до лампочки что и как будет расти, лишь бы поставить галочку в отчетном документе. Хотя иногда жалуются, что з/п задерживают. Жалко мне их бедных.

4. Знаете чем зачитывается (или просто читают) молодежь у нас, в "глубинке"? Держитесь крепче — взлетаем:
В порядке убывания рейтинга
1.В.Головачев
2.Н.Перумов
3.Петухов
4.Боевые роботы
5.Г.Гаррисон.

Причем почти все полные с/с. Есть книги, которые за 10 (да-да) лет брали по два-три раза.
Странно, но почему-то в списке не оказалось книг про Конана. Потом выяснилось — они в ПФ (так называемом передвижном фонде). Представляете, тракторист (доярка) с очередным томиком «о пухлом мальчике».
Вывод: Т.к. местным "агрономам" все до одного места (цитирую: «лишь бы зарплату выдавали»), то посеянные всходы вырастают в таких монстров — куда там Чернобылю — посмотрите (послушайте, почитайте) криминальные новости.

5. На вопрос, заданный ребятам: «Часто ли ты покупаешь фантастику», чаще всего был ответ: «Нет. А зачем, ведь можно взять в библиотеке». А там см. п.4. Да и книжки там не бесплатные (тем более хорошие) — 80 коп/сутки/экз — как вам?
Вывод: стоит ли удивляться и спрашивать откуда растут «Марьванны».

6. Как следствие из пунктов 4–5 жанровое предпочтение — фэнтези и боевики. Почему? Здесь все ясно: фэнтези чистейшей воды эскапизм, боевики — хочется побыстрее вырасти и стать сильным (цитиру: «как те, в книгах»). Другие жанры — кот наплакал.
Вывод:
а) Хорошо иметь папу фэна;
б) Еще лучше, если и мама — фэн;
в) Вырастет нам смена, но какая?

7. Хочется задать вопрос, а что же дяденьки в издательствах и в Больших кабинетах делают, где детская фантастика и вообще фантастика? Ответ приходит сам собой (что ты на работе делаешь) — деньги зарабатывают им же беднягам кушать хочется, и не только хлеб с маслом.
Вывод: без вывода. Но смеху-то будет, когда эта двухметровая поросль вырастет окончательно и поотнимет деньги у тех злых дядечек.

Спросил я как-то в библиотеке про Крапивина. В ответ тишина. Тогда я полез на полку (раздел «Детективы») и достал его книгу, сейчас не вспомню какую. И спросил: «А это что?». Отнюдь не ехидно спросил. Ответ был убойным, как выстрел «Авроры»: «А я что, все книги в библиотеке должна помнить?». Но это все к п.1.
кто-то может спросить: «А на фига мне это все?». Ответ прост: «Конечно, в собственном соку вкуснее, но мы же (фэны) не какие-нибудь там Чарльзы Дарвины, должны точно знать откуда беремся, на чем растем и чем питаемся».
И еще, по-видимому, надо не только знать, но и что-то делать. А то лет через N-цать умный фэн будет как птица Говорун — очень редким созданием и его можно будет заносить в Красную Книгу Истории.

Об авторе:
Работает программистом в г.Бобров Воронежской области. Председатель КЛФ «Меридиан», в котором состоит дюжина человек — при населении района всего-то 30 тысяч. В КЛФ делают информационно-публицистический фэнзин под названием «F–хобби». Пишите biblio@vmail.ru для Субботина Валентина. Или: 397702, г.Бобров Воронежской области, ул.Колхозная, д.84.



 

Конвенты

Сергей Соболев
Звездопад в Харькове
«Звездный мост 2000» 14-16 сентября

Приехал я в Харьков в полночь с 13 на 14. Кое-как найдя "готель" «Турист», сел в коридорчике и около часа ждал регистраторшу. Странное дело, но оказалось, что ждать ее совсем не трудно — болтали с дежурным милиционером о книжке М.Успенского «Там, где нас нет».
Вселившись наглым образом к Гинтасу Иваницкасу, меня тут же понесло по этажу в поисках питерских фэнов, которые не заставили себя долго искать. Владимир Ларионов, например, провел экскурсию по номерам приехавших накануне гостей и спасал от наследников рододендрария князя Потоцкого.

С утра, отдав положенные почести оргкомитету и плотно позавтракав, тела наши бренные были перемещены в поисках так необходимого фэнам (после ночных тостов за встречу и знакомство) книжного рынка. Могучий книжный рынок в Харькове огорожен хилым железным забором. Около сотни палаток, почти все торговцы придерживаются какой-то своей узкой специализации, представлены все серии художественной и/или элитарной литературы, новинок полным-полно, цены не намного зашкаливают пресловутые московские. Букинистические ряды наполнены таким скучным мусором, что даже не верится, кому все это теперь нужно. Помня разговор с Александром Павловичем Лукашиным о существовании на Украине оригинальных украинскоязычных фантастов, я пытался найти что-нибудь из свеженькое именно на этом языке. Тщетно.
Только над одним-единственным лотком зоркий Первушин, вооруженный вспомогательными органами зрения, разглядел-таки надпись: «Книги на украинском языке». Надпись была почему-то на русском. Видимо, для особо изощренной категории читателей. Все остальные книжники почему-то предпочитали торговать московскими и питерскими изданиями. Как потом выяснилось в ходе конвента, впервые за несколько постперестроечных лет только летом этого года на Украине была предпринята попытка издать фантастику на своем, на украинском языке. Во Львове издали два премило оформленных томика избранных произведений М. и С.Дяченко, и в Харькове выпустили большущий томище «Антологiя украiнського жаху».
Торжественное открытие фестиваля провели в большом актовом зале Харьковского национального университета — народу понабежало много, с трудом расселись все желающие, да еще и ровными рядами прошли курсанты МВД в одинаковой форме (странно, если б у них форма была разная) и один генерал.
При песнопении какого-то местного хора раздались жидкие непродолжительные аплодисменты, переходящие в гробовую тишину. Зато выход на сцену Евгения Лукина, «старшины фантастического цеха», вызвал шквал аплодисментов. Получив награду за прошлый год, Евгений Лукин горячо поблагодарил организаторов конвента, и сказал, что, возможно, после битвы между Москвой и Санкт-Петербургом за звание столицы фантастики, реальной столицей может стать как раз Харьков.
Потом для приветственного слова был вызван гость города Харькова, «старшина фантастического цеха», Евгений Лукин. Ситуация напомнила юмореску М.Жванецкого: «Теперь выступит начальник автотранспортного цеха».
Официальное открытие на радость фэнов плавно переросло в микроконцерт писателей-фантастов, в котором приняли участие только Юлий Буркин и Евгений Лукин.
После концерта представители издательств и журналов устроили презентацию своих изданий и проектов. Леонид Шкурович из ЭКСМО говорил про серии фантастики, и что скоро должно появиться на русском языке свежее (1999) продолжение романа П.Андерсона «Операция "Хаос"».
Василий Мельник рассказывал про «Центрполиграф», серии «Миры Юрия Никитина», «Загадочная Русь», «Перекресток миров» (очень своевременно «Центрполиграф» подхватил название серии вечно разоряющегося «Северо-Запада» — как раз накануне кона вышло четыре книжки в «С-З», в своей серии «Перекресток миров»). Больше меня порадовало сообщение о планирующемся журнале нашей фантастики с бесхитростным названием «Наша фантастика». Специализируется журнал на русской фантастике, а каждый новый номер будет оформляться работами одного художника-графика — причем ни фига не «в тему», а просто так.
Андрей Белянин рекламировал новую премию «Меч без имени» — в пику номинациям «Странника» назвали, что ли? Только присуждать ее будет вовсе не питерская Terra Fantastica, а московская «Армада-Альфа» по двум номинациям: 100 баксов за роман, и два гранда по 50 — за повестушку или рассказ. Принципиальный барьер — к конкурсу допускаются только молодые авторы из провинции: «Например из Киева». Адрес: 125565, Москва, а/я 4.
Алексей Корепанов показывал кировоградский журнал «Порог», которого издано уже шестьдесят выпусков.
Дмитрий Скирюк рассказывал про пермский журнал «Лавка фантастики», коего вышло уже шесть номеров.
Гинтас Иваницкас вертел в руках два первых номера красочной «Империи»: «Я буду представлять журнал, который вы в ближайшее время прочитать не сможете. Он на литовском языке». (Я и сейчас кручу-верчу эти номера на столе, а кроме подписей к рисункам и фамилий авторов ни бельмеса понять не могу. Не могу также понять, почему в Литве этот полноцветный таблоид стоит примерно $ 1.10, а наши журналы здесь при значительно худшем полиграфическом исполнении стоят не меньше?). Потом Гинтас презентовал Олди ихнюю книжку на литовском языке. Оказывается, издательство «Eridanas», специализирующееся на фантастике, выпустило уже 170 книжек разных фантастов (www.imperij.lt).
Представление нового журнала «Звездная дорога» получилось насыщенным — издатели пригласили на сцену авторов, напечатавшихся в первом выпуске «ЗД», и выдавали каждому по пять авторских: по крайней мере, В.Головачев, Г.Л.Олди, А.Валентинов, М.Дяченко, А.Корепанов и др. свои комплекты получили. Остатки продавали в фойе. Остатков было много и в последний день.
Василий Владимирский рассказывал о специализированном книжном журнале «Питерbook», показывал цветную обложку и говорил, что к 2005 году из четырех страниц «Фэн-клуба» выйдет полновесный критико-библиографический журнал не хуже «Локуса». «Скользкая штучка» — сказала в фойе девушка, когда получила на память от соавтора Криса Картера экземплярчик «Питербука». В седьмом номере — репортаж со второй «АБС-премии, интервью с Андреем Черктовым по поводу его проектов. № 8 — интервью с Вячеславом Рыбаковым, в № 9 — с Андреем Измайловым и заметка о фантастическом детективе. Естественно, новости фантастики, издательские проекты, и рецензии, рецензии — причем вместе с обложками, как это и принято. Игорь Черный презентовал толстый (144 стр.) справочник «Фантасты современной Украины» — 30 писателей, более-менее подробные биографии, аннотированный разбор произведений. Обещает сделать целую серию под названием Энциклопедия украинской фантастики.
Выступление дамочки из легендарной «Химии и жизни» сводилось к трем словам: «Мы еще живы…», но ни единого номера эти живчики с собой не привезли. Или привезли, но не сочли нужным показывать мертвецам. Или привезли, но побоялись показать. Что ж, после такого выступления некогда горячо любимую «ХиЖ» еще долго никто не увидит.
А то, о чем говорил Дмитрий Ватолин, подержать в руках было невозможно: сервер «Русская фантастика» находится в интернете (www.rusf.ru).

Организаторы конвента нашли удивительно радостное сочетание необходимого «для галочки» официоза и умеренно пьянящей атмосферы тесного общения фэнов и писателей, причем мероприятия плавно перетекали одно в другое и совершенно ясно было, что общенациональный телемост Харьков-Одесса-Киев-Днепропетровск- и т.д. серьезным быть ну никак не может: после стольких-то часов общения в летних кафе! Шатающийся коршун Андрей Валентинов, «наевшийся будущего», объяснял фэнам, почему пишет историческую фантастику. Моментально протрезвевший под оком телекамер Олег Дивов говорил, что книга«Выбраковка» написана для того, чтобы показать людям, которые хотят расстрелять всех негодяев, к чему приведет эта осуществленная справедливость. Василий Головачев поведал читателям, что всегда решал Вселенские проблемы левой ногой. Ею же он пишет сюжеты. Потом Днепропетровск смыло с эфира. Дождем. На что Лев Вершинин тут же сказал, что в Одессе нет будущего и стал сыпать комплименты прекрасной девушке. Девушка как раз находилась в Одессе, по ту сторону экрана. Было весело и совершенно никто не расходился. Даже после окончания телемоста.

Программа следующих дней несколько попуталась в моей голове, поэтому передам общее впечатление.
На секции творческой мастерской «Второй блин» профессор Игорь Черный делал доклад о явлениях пограничного характера в российской исторической фантастике последнего десятилетия. К.и.н. Александр Валентинов с пафосом читал зажигательный доклад «Кто в гетто живет?» — об отношении современной литературы к фантастике. Выходило так, что так называемая Большая литература ничего уже и не умеет, кроме как плакаться о своей тяжкой доле, в то время как фантасты читателя своего не потеряли. С чем нас всех и поздравил. Доклад москвички Кэтрин Кинн «О сиквелах и сериалах в фэнтези и научной фантастике» вертелся вокруг продуктивной идеи, что сериалов много, а у Джордана можно найти всяческие сюжеты, хотя можно его и не читать.
Послеобеденный семинар молодых авторов провели Дмитрий Громов и Олег Ладыженский. Много полезного узнали начинающие авторы о том, как полезно строить предложения или как не стоит слишком злоупотреблять прилагательными в погоне за красотами стиля. Однако на вопрос Димы Кумока «А как же научить писателя выдумывать новые идеи?» ответа не последовало. Идеи, что ли, кончились?
Если кто из присутствующих начинающих литераторов хотел обрести навыки писательского мастерства, то для удовлетворения их желаний было сделано несколько любопытных шагов: фанаты Юрия Никитина продавали брошюрку «Как стать писателем и заработать свой миллион»; кажется, Николай Басов привез свою книжку двух-трехлетней давности о том же; Василий Купцов распространял информацию о сайте «Авторы предлагают издателям» (http://api.rema.ru/).
Вечером в фойе большого актового зала университета были вывешены фантастические работы местных и иногородних художников. Там же висели картины, присланные на конкурс неопубликованных иллюстраций к произведениям отечественной фантастики последних лет. С подачи липецкого фэна Геннадия Соколова, постоянного нашего «зампотеха», на этот конкурс были посланы три картины липецких художников. Каково же было мое изумление, когда один из наших рисунков был признан лучшим! Мне даже пришлось везти в Липецк похвальную грамоту и статуэтку, изображающую двух переплетающихся в экстазе змеек (кадуцей). Но об этом я узнал только на следующий день.
Народ ходил, рассматривал картины, обсуждали номинационные списки и вспоминали, кто что прочитал. Проголосовавшие бюллетени сначала помещались в обычную коробочку, и лишь примерно через час откуда-то появилась картонная урна, запечатанная для чего-то бумажными лентами. Совершенно лишняя предосторожность, ведь на этом же столе, где урна стояла, среди двух десятков бланков для голосования по конкурсу «Эпиграмма-2000» я легко нашел и взял на память парочку бюллетеней для голосования по романам.
Номинация «Мастер фэн-до» разыгрывалась прямо тут же, в фойе. Боевые эпизоды придумывались писателями-фантастами экспромтом, декламируясь вслух — и тут же демонстрировались группой каратистов и каратисток, одетых в былые и черные кимоно. Голосование проводилось по принципу «кто кого переорет». Результаты таковы:
Черный пояс 3-го дана: Андрей Белянин (Астрахань). Эпизод "Конный бой".
Черный пояс 2-го дана: Марина Дяченко (Киев). Эпизод "Мальчиш-Кибальчиш" по известному произведению А.Гайдара.
Черный пояс 1-го дана: Лев Вершинин (Одесса). Эротический эпизод "Черные силы нас злобно гнетут".

Поздним вечером для обитателей гостиницы «Турист» представители местного клуба «Что? Где? Когда?» устроили что-то вроде брэйн-ринга по фантастическим произведениям. Фантастичность ситуации заключалась в том, что половину игры все шесть команд либо правильно отвечали на вопросы, либо круто ошибались.
Потом устроили старую добрую игру, когда жестами надо показывать название какого-нибудь известного произведения. Легко изобразить, например, «Полдень, XXII век» АБС или там «Голубые люди Розовой земли» Мелентьева. А вот попробуйте жестами изобразить название рассказа Пелевина «Проблема верволка средней полосы».
***
Пили, похоже, все: Гинтас Иваницкас обмывал с Лукьяненко право на издание некоторых романов на литовском языке, Алексей Корепанов радовался одновременному выходу в свет четырех номеров «Порога», Дмитрий Скирюк обмывал вторую свою книжку «Сумерки меча», Геннадий Карпов чуть не пропил видеокамеру на банкете, Антон Первушин радовался приезду Николая Большакова (вроде бы они когда-то собирали осколки), Басов (тоже, говорят, писатель) оплакивал потерю кошелька ну т.д. Только Василий Владимирский не пил — он отпраздновал свое двадцатипятилетие и готовился стать писателем.

Утро 16 сентября превратилось в массовое побоище: в Молодежном парке на пэйнтбольном полигоне фантасты, фэны и издатели лупили друг друга из спецоружия. В результате победителями вышли Юрий Белов (Воронеж), Алексей Иконников (Москва) и команданте Николай Чадович (Минск), по месту своего последнего ранения получивший прозвище «Синяя борода».

Торжественное закрытие фестиваля и вручение премий состоялось опять-таки в актовом зале университета.
Специальные премии от Харьковского института чудаков «за выдающиеся заслуги перед Ее Величеством Фантастикой» вручены после изрядного театрализованного представления Евгению Лукину (Волгоград) и Сергею Лукьяненко (Москва).
Премию Университета внутренних дел МВД Украины «За правдивое и высокохудожественное отражение работы органов охраны правопорядка и спецслужб в фантастических произведениях» получили Андрей Белянин (Астрахань) за роман «Тайный сыск царя Гороха», и Олег Дивов (Москва) - за целый ряд произведений, и харьковчане Андрей Валентинов и Г.Л.Олди - за роман «Hам здесь жить».
Специальная премия Университета внутренних дел МВД Украины лучшие произведения в жанре фантастического детектива вручена Василию Головачеву (Москва). В довесок к премии В.Головачев получил милицейский берет, генеральский галстук и право смотреть свысока на работников ГАИ Украины.
За лучшие критические и литературоведческие статьи о фантастике премии издательства «Теленеделя» и оргкомитета фестиваля получили сразу несколько критиков:
Александр Ройфе (Москва) - за статьи «В тупике» и «Из тупика».
Игорь Черный (Харьков) - за литературоведческие работы о фантастике, опубликованные в 2000-ом году.
Владимир Березин (Москва) - за рецензии и интервью, опубликованные в 1999-2000 г.г.
Владимир Бычинский (Житомир) - за ряд статей и послесловий к книгам писателей-фантастов, опубликованных в 1999-2000 г.г.
Премия ТМ «Второй блин» досталась Леониду Шкуровичу, заведующему редакцией фантастики московского издательства ЭКСМО с формулировкой «человеку фантастики и фантастическому человеку».
Потом были вручены премии, присуждаемые всеобщим голосованием участников кона:

Номинация «Циклы, сериалы»
1. Владимир Васильев (Hиколаев) и Сергей Лукьяненко (Москва) «Дневной дозор»
2. Марина и Сергей Дяченко (Киев) «Авантюрист»
3. Юрий Брайдер и Николай ЧАДОВИЧ (Минск): «Губитель Максаров».

Номинация «Крупная форма»
1. Марина и Сергей Дяченко (Киев), Андрей Валентинов и Генри Лайон Олди (Харьков): «Рубеж».
2. Евгений Лукин (Волгоград): «Алая аура протопарторга».
3. Олег Дивов (Москва): «Выбраковка».

Номинация «Дебютная книга»:
1. Дмитрий Скирюк (Пермь), «Осенний Лис».
2. Андрей Льгов (Харьков), «Hепобедимый Олаф».
3. Владимир Хлумов (Москва), «Мастер дымных колец».

В номинации неопубликованные иллюстрации к произведениям отечественной фантастики последних лет:
1. Евгений Мельников (Липецк) за иллюстрацию к дилогии Сергея Лукьяненко «Лабиринт отражений» и «Фальшивые зеркала».
2. Евгений Скиданюк за иллюстрацию к роману Г.Л.Олди «Герой должен быть один».
3. Антон Дербилов (Харьков) за иллюстрацию к роману Марии Семеновой «Волкодав».

Номинация «Эпиграмма» (за лучшую эпиграмму на отечественных писателей-фантастов и их произведения):
1. Андрей Цеменко (Керчь) - за эпиграмму на роман Марии Семеновой «Волкодав».
2. Олег Ладыженский (Харьков) - за эпиграмму на Владимира Васильева.
3. Игорь Голдырев (Екатеринбург) - за эпиграмму на роман Юлия Буркина «Цветы на нашем пепле».


Накушался как-то раз Скирюк водовки. Сердобольные товарищи постеснялись бросать его на полу — положили тело на стол. А он возьми и проснись среди ночи, когда во дворе темень тьмущая, и ничего абсолютно не видно, даже окна не разглядеть. Попробовал Дима привстать — а нога до пола не достает. Попробовал рукой — пустота. Вытащил из-под себя он металлическую вилку, и кинул в кромешную тьму, туда, куда хотел ногу поставить. Вилка зацепилась за край скатерти, и повисла. А Скирюк секунды отсчитывает: «Раз, два, три…». До десяти где-то досчитал, прежде чем вилка оторвалась и бляцнула об пол «Дзинь!». Быстренько прикинул ускорение свободного падения. Получилось много — метров сто. Дикий крик огласил соседей и всю округу.
С тех пор Скирюк пишет только фэнтези.
***

Около Харьковского Национального Университета фэны завидели праздно гуляющего Николая Чадовича.
— А где же Брайдер? — поинтересовался кто-то.
— Ему к 1 ноября мой роман надо закончить, — флегматично ответствовал мэтр белорусской фантастики.
***

В коридоре гостиницы сидят маститые писатели. Подходит начинающий автор из Дагестана, лицезреет пред собой великого Лукьяненко, и пытается представиться:
— Меня зовут Абу@%(* Алив*_&&^$#…
— ???
— Ну, Аб@#*~` Аверди%^…
Тут до Абутраба Аливердиева доходит, что ни окружающие, ни он сам не могут расслышать и уж тем более запомнить такую хитрую фамилию, и он делает хитрый финт:
— Ну если так сложно, зовите меня просто Аб.
***
Василий Мельник, новый редактор «Центрполиграфа», отмечал хороший праздник. Сел в метро на станции «Арбатская», и едет себе, кемарит на скамеечке. Тут раздается из громкоговорителя: «Станция "Арбатская". Следующая станция — "Смоленска"». Непонятно, но спит дальше. Через полчасика металлический голос: «Станция "Арбатская". Следующая станция — "Смоленска"». Легкое удивление в глазах редактора фантастического отдела. Но сон берет свое. Когда же и еще через пару остановок диктор повторил то же самое, Мельник спросил у старушки:
—Какая это станция?
—«Арбатская», какая же еще.
Только тогда Василий Иванович огляделся, и понял, что сидит на лавочке. Но не в вагоне, а на перроне.



Конвенты
Владимир Ларионов (Сосновый Бор)
Странник снова в Петербурге
 

На днях я вернулся с юбилейного, Пятого Конгресса фантастов России «Странник-2000», в котором принимал участие по приглашению Фонда «Библиотека мировой литературы». «Странник» — традиционное ежегодное мероприятие, на которое собираются писатели, критики, переводчики, издатели из России, ближнего и дальнего зарубежья. Центральное мероприятие Конгресса — «Дискуссия о будущем», начатая еще в 1999 году на Четвертом Конгрессе (тогда в ней участвовали знаменитые Роберт Шекли, Пол Андерсон и Борис Стругацкий, называлась она «За будущее, в котором хочется жить»), была продолжена в этом году под девизом «Войны грядущего». Не случайно, в качестве почетных гостей на «Странник-2000» была приглашена троица известных американских фантастов: Алан Дин Фостер, Роберт Джордан и Лоис Макмастер Буджолд, персонажи произведений которых постоянно воюют. Фостер в свое время занимался новеллизацией («романизацией») кинотрилогии «Звездные войны», сериала «Чужой» и многих других фантастических лент, его перу принадлежит юмористический фэнтези-сериал «Чародей с гитарой», Джордан — автор знаменитого восьмикнижия «Колесо времени» и нескольких романов о Конане-варваре, Буджолд — (кстати, это довольно милая женщина бальзаковского возраста) написала завоевавший признание во всем мире цикл романов о Майлзе Форкосигане и войнах на планете Барраяр, собрав внушительную коллекцию авторитетнейших премий «Хьюго» и «Небьюла».
После торжественного открытия Конгресса, прошедшего 21 сентября в стенах Общества «Знание» мы с переводчиком и литагентом Александром Корженевским по просьбе Алана Дина Фостера показывали ему Храм Спаса на Крови, где с него как с иностранца пытались содрать за вход 250 рублей (для россиянина билет стоит 15 р.), перед этим прошлись почти по всему Невскому проспекту, сводили писателя в Гостиный Двор. Все передвижения, опять же по просьбе Фостера, производились на своих двоих. После всего этого неутомимый американец порывался идти пешком в гостиницу, но здесь я, совершенно взмокший, (в Питере все эти дни стояла невероятно теплая, сухая, солнечная погода) более не выдержал и взял такси. К сожалению, в номере Фостера был развенчан запущенный им же в речи на открытии в массы читателей миф о пластиковом бауле с халявной выпивкой для русских друзей. Баула не было, вернее была огромная сумка, но без спиртного. Водку пришлось покупать мне. После пары рюмок Алан разоткровенничался и показал нам хитроумно спрятанный в обыкновенном зонтике стилет (этакое двадцатисантиметровое шило), с которым он посетил ряд экзотических стран типа Бангладеш, ну и в Россию, естественно, прихватил. На вопрос: «Приходилось ли эту штуку использовать в деле?» Фостер ответил, что: «Пока, к счастью, нет». Немного поговорили о его работе по новеллизациям фантастического кино.
Кстати, Фостер не производит впечатления типичного американца. Он практически не улыбается. В отличие, например, от постоянно скалившего зубы Роберта Шекли, с которым мне удалось пообщаться на предыдущих «Странниках», Фостер все время выглядел очень озабоченно, если не сказать сурово…
На второй день Конгресса проблемы милитаризации сознания человека в современном мире обсуждали: контр-адмирал, доктор военных наук Вячеслав Щербаков; профессор Санкт-Петербургского технического университета, занимающийся разработкой вооружений, Вячеслав Яковлев; один из самых уважаемых людей в современной фантастике известный писатель Владимир Михайлов; другие авторы, литературоведы, журналисты и просто желающие поспорить из тех, кто пришел 22 сентября в здание Общества «Знание» на Литейном.
В нескольких книжных магазинах города, а также на книжной ярмарке в ДК им. Крупской прошли литературные акции, фантасты встречались с читателями, продавали свои книги, раздавали автографы. Желающих пообщаться с писателями  было достаточно, ведь  на Кон гресс приехали такие популярные авторы, как М.Дяченко (Киев), Э.Геворкян, В.Головачев, С.Лукьяненко (Москва), В.Васильев (Николаев), В.Звягинцев (Ставрополь), А.Лазарчук, В.Рыбаков, А.Измайлов, С.Логинов, Н.Перумов, А.Столяров (Санкт-Петербург), Е.Лукин, С.Синякин (Волгоград), М.Успенский (Красноярск), Ю.Брайдер, Н.Чадович (Минск), Д.Трускиновская (Рига) и другие. В работе форума фантастов приняли участие представители крупнейших российских издательств — «Азбука» (Санкт-Петербург), АСТ (Москва), «ЭКСМО-Пресс» (Москва). Информационную поддержку Конгрессу оказывали газеты «Книжное обозрение» и «Независимая газета», радиостанции: «Радио-Рекорд», «Северная столица», «Радио Балтика» и «Радио Ностальжи». В одном из заведений ЦПКиО им. Кирова на Елагином острове состоялся традиционный бильярдно-пивной вечер. Как обычно сосредоточенно-серьезный Алан Дин Фостер доказывал, что кием владеть умеет, не уступала ему и Марина Дяченко, а мы с Эдуардом Геворкяном согласились на ничью, чтобы никому не было обидно. Устроители Конгресса сделали пребывание своих гостей в Петербурге максимально удобным — жили мы в комфортабельной гостинице «Советская», питались в ресторане «Метрополь». Правда, когда на одном из фуршетов японский переводчик российской фантастики Ооно Норихиро (Токио) стал демонстрировать приемы восточных единоборств, обслуга «Метрополя» была несколько смущена. Надо сказать, что у японца нашлись достойные соперники из россиян. Были устроены танцы под живое пение, все кто хотел покружиться с обаятельной Лоис Макмастер Буджолд (первым здесь был, конечно же Андрей Синицын) могли это сделать, а я пригласил прекрасную Марину Дяченко.
Как всегда, в резном зале Дома Композиторов состоялось награждение лауреатов российской литературной премии «Странник» (она представляет собой бронзовую статуэтку, изображающую путника в плаще с вороном на плече, мечом за поясом и посохом в руке). Победителей определяло Литературное Жюри, в которое входят 12 ведущих писателей-фантастов России и СНГ. Церемонию вручения сопровождало выступление одной из ведущих клавесинисток Европы Айны Калнциема (Лат-вия). Постоянный ведущий действа актер Вадим Жук несколько утомил собравшихся зачитыванием отрывков из номинируемых произведений, да и каждый из уважаемых писателей, которым доверяли вскрывать конверты с результатами голосования, считал своим долгом как-то высказаться. В конце концов мы все-таки узнали имена победителей. Премия за лучший роман («Казнь») досталась чете Марины и Сергея Дяченко из Киева, за лучшую повесть («Путь Наюгиры») «Странник» дали Владимиру Михайлову (Москва), в малой форме победил Евгений Лукин (рассказ «В стране Заходящего Солнца»). Не обидели и американцев, каждый из них что-то получил: Буджолд и Джордан — каждый по премии «Мастер издалека», Фостеру достался приз основателей премии «Странник». Лучшим редактором-составителем назван москвич Дмитрий Ватолин — автор сайта «Русская фантастика в Сети», где можно узнать абсолютно все фантастические новости. В номинации «Критика, публицистика, литературоведение» награжден Дмитрий Володихин (Москва) за цикл статей в газете «Книжное обозрение». За перевод романа Фрэнка Херберта «Дюна» «Странника» удостоен Павел Вязников (Москва). Лучшим художником признан Игорь Тарачков (Москва) (за оригинальное оформление обложек журнала «Если»). Премию за фильм-легенду русского фантастического кино («Дни затмения») получил кинорежиссер Александр Сокуров. Лучшим издательством названа «Азбука» (Санкт-Петербург). Высокое звание «Паладин фантастики» за неоценимый профессиональный и этический вклад в развитие жанра и вообще литературы получил не пишущий более (после смерти старшего в тандеме авторов) писатель А. и Б.Стругацкие. К сожалению, Борис Стругацкий по состоянию здоровья лично не присутствовал на cъезде фантастов, послание от него участникам зачитал председатель оргкомитета Конгресса Николай Ютанов. В частности, в нем говорится: «Фантастика сливается с большой литературой и отлична от нее. Это — зеркало, светофильтр, телескоп, сквозь которые можно различить зернышко нового и необычного. Виват фантастика!».
По окончании церемонии состоялся традиционный банкет. Провозглашались тосты за лауреатов и организаторов «Странника». Фурор на банкете несомненно произвел Джеймс Оливер Ригни-младший, он же Роберт Джордан. В элегантном черном смокинге, с иконостасом наград за Вьетнам, где он получил тяжелое ранение, великан был неотразим. Видели бы вы, какими влюбленными глазами на него смотрела супруга! Японец снова отличился — пинал ногами и головою рояль, видимо, в связи с отсутствием спарринг-партнера, еле оттащили потомка самураев от инструмента. (Эх, крепка русская водка!). Поздравляли с десятилетием со дня основания издательство «Terra Fantastica». Гостям дарили футболки с памятными надписями в честь этого события. Кстати, нынешнее вручение премии «Странник» седьмое по счету, два первых проводились в рамках конференции «Интер-пресскон». Хватило поздравлений и на долю бессменного организатора «Интерпресскона» — Александра Сидоровича. Везучий Сидор ухит-рился родиться именно в дни проведения «Странника», а в этом году ему как раз стукнуло 40 лет. Его юбилей отмечали по окончании банкета в гостинице. Но это уже совсем другая история.
(Фото автора)


 Часть 1       Часть 3
цена дома из бруса Киев. . доставка цветов Красная Поляна подробности
Hosted by uCoz